Мыслепреступление

Автор: Олег Кашин вкл. . Опубликовано в Мнения

«Пора кончать с этой странной экономической моделью» — за эти слова, произнесенные прошлой осенью на митинге «Хватит кормить Кавказ», публицисту Константину Крылову грозит два года условно по статье 282 УК РФ. 13 сентября Замоскворецкий суд Москвы продолжит рассмотрение дела о мыслепреступлении.

krilov01

Москва, День города, на Никитском бульваре — книжный фестиваль, внешне не отличимый от весенних «оккупаев». Те же лица, те же речи, вообще все то же, только никто ничего не запрещает и не разгоняет. Глава московского Департамента культуры Сергей Капков гуляет по бульвару с совладельцем «Фаланстера» Борисом Куприяновым, ораторы на сцене вспоминают май, когда на этом же бульваре их забирали в полицию. Лекция журналиста Ивана Давыдова посвящена сказочному началу в российской реальности, Давыдов рассказывает, как вечером 6 мая его забрали прямо здесь, у Никитских ворот, и увезли в ОВД «Западное Дегунино», и, согласно протоколу, между задержанием на бульваре и оформлением протокола в ОВД прошло три минуты. Давыдов поделил расстояние (18 км по прямой) на время, получил скорость, с которой должен был ехать автозак — 600 км/ч, и, когда его судили за административное правонарушение, сказал об этом судье.

А судья говорит: «Почему вы считаете, что это невозможно?» — рассказывает Давыдов под хохот аудитории. Людям весело, люди хотят нового анекдота, и дальше Давыдов рассказывает про одного своего знакомого, которого судят уже по уголовной статье 282 за произнесенную на митинге фразу «Пора кончать с этой странной экономической моделью». Аудитория снова смеется.

Старший следователь Замоскворецкого межрайонного следственного отдела следственного управления по ЦАО ГСУ СК РФ по Москве Евгений Буренин, наверное, удивился бы, если бы узнал, что случаи из его практики рассказывают на Дне города со сцены как примеры сказочного начала в российской реальности. Едва ли он об этом думал, когда подписывал постановление о привлечении в качестве обвиняемого по уголовному делу № 690749 Константина Крылова, который, «используя технические средства усиления звука, обеспечивающие доведение его высказываний до собравшихся, действуя умышленно, выражая свое отрицательное отношение к бюджетной политике государственной власти Российской Федерации в Северо-Кавказском регионе путем совершения действий, направленных на возбуждение у аудитории ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства группы лиц по признакам национальности и происхождения, выступил с речью».

Сделано на Кавказе

Это было в прошлом году, осенью. 22 октября на Болотной площади националисты митинговали под лозунгом «Хватит кормить Кавказ!» Выступавший на том митинге сразу после Крылова Алексей Навальный говорит теперь, что ему «даже неудобно перед Крыловым». «Я специально сравнивал наши выступления, мое мне кажется гораздо более радикальным, чем то, что говорил он, — вспоминает Навальный. — У него вообще было очень взвешенное выступление даже по меркам того митинга, а если сравнивать его с речами Ткачева или Кадырова, Крылов просто был очень сдержанным. Любой член Общественной палаты — зверский ястреб по сравнению с той речью Крылова. Пусть кто-нибудь для интереса зайдет в Минфин или Минэкономразвития — там речи на тему «Хватит кормить Кавказ» звучат постоянно».

Видеозапись и текст речи Крылова доступны в интернете. «Когда последний раз вы покупали в магазине дешевые и качественные чеченские товары? — спрашивал Крылов с трибуны. — Кто хоть раз покупал продукцию чеченского производства? Есть такие? Нет? Нет, значит, в магазинах продукции чеченского производства. Я, честно говоря, не видел в магазинах и ингушских товаров, и дагестанских телевизоров почему-то нет. Я точно так же не вижу адыгейской электроники. И много чего я еще не вижу. У меня есть такое подозрение, друзья мои, что они не производят там ни-че-го». После нескольких шуток на тему отдыха в Грозном «на его роскошных пляжах под шум Терека» оратор спрашивает: «Может быть, на Кавказе перепроизводство кавказцев и недопроизводство всего остального?» — и отвечает: «Пора кончать с этой странной экономической моделью». Последняя цитата в уголовном деле обозначена как «высказывание побудительного характера, которое может быть воспринято как побуждающее к враждебным действиям русских как группы лиц по отношению к кавказцам как группе лиц, объединенных по этническому признаку и общей территории проживания». И вывод: «То есть Крылов К.А. совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 282 УК РФ».

На вопрос, почему из всех, кто выступал на митинге, дело возбудили только против Крылова, Навальный отвечает: «Он немаргинальная фигура в движении, которое хотят сделать маргинальным. Его все знают, к нему все хорошо относятся, даже многие либералы. Была задача сделать его фашистом, которого фашистом признал суд».

Женатому сложно

Лет пять назад Константин Крылов написал книгу «Фашистская диета» — никаких метафор, это действительно был учебник для желающих похудеть. Первым по своей методике Крылов похудел сам, после чего стал очень похож на Владимира Ленина, что, очевидно, было бы уместно, если бы автор диеты придерживался левых, а не правых взглядов. Когда по поводу сходства с Лениным пошутили все, кто только мог, Крылов решил вернуться к прежнему имиджу, снова располнел, и теперь в офисе создаваемой Национал-демократической партии меня встречает тот же Крылов, фотография которого появилась в ЖЖ 11 лет назад (Константин Крылов был одним из первых пользователей русского Живого журнала и первым националистом в блогосфере). Его юзерпик был тогда черно-белым, поэтому можно не обратить внимания, что в начале нулевых борода у Крылова была рыжая, а теперь почти вся седая. Сейчас ему 44 года.

Крылов — коренной москвич, но, говоря о своем происхождении, начинает с подмосковного села Тарутино, в котором родился его дед по матери. После Тарутинского сражения жители села на собственные деньги поставили памятник, и Крылов с детства помнит наизусть надпись на постаменте — «И река Нара будет для нас так же знаменита, как и Непрядва, на берегах которой погибли бесчисленные ополчения Мамая». В благодарность за этот памятник тарутинским крестьянам была дарована свобода почти за 50 лет до реформы 1861 года, и Крылов уверен, что этой свободе он и обязан своим мировоззрением: «Тарутинцы всегда были особенные, всю жизнь не любили государство, особенно советское. Всю жизнь полагались только на себя».

Окончив МИФИ и философский факультет МГУ («Двойное образование полезно», — говорит он), Крылов пытался заниматься бизнесом, но знаменитым стал уже как интернет-публицист и писатель. До блога в ЖЖ был сайт traditio.ru, а под именем Михаила Харитонова Крылов написал несколько фантастических романов, причем секретом псевдоним перестал быть только в 2006 году, до этого никто не знал, что фантаст Харитонов и националист Крылов — одно лицо. Сейчас российские фантасты начали кампанию в защиту коллеги, письмо в защиту Крылова, инициированное фантастом Кириллом Еськовым, подписали Святослав Логинов, Андрей Лазарчук, Александр Зорич и другие. Крылов говорит, что не ожидал такой поддержки, — до сих пор случаев массовой солидарности в этой среде не было, «фантасты — совсем не журналисты».

Когда Крылова задержали впервые по делу № 690749, можно было подумать, что таким образом Центр «Э» просто пытается сорвать «Русский марш», одним из ораторов на котором должен был быть Крылов. Сейчас он говорит, что свое выступление планировал посвятить готовящимся фальсификациям на выборах в Госдуму и борьбе с ними. Выяснить, правда это или нет, уже нельзя — до «Русского марша» Крылов не доехал, оперативники Центра «Э» его задержали, когда он выходил из своего дома на улице Куусинена. «Выступающие накануне «Русского марша» иногда не ночуют дома, но женатому человеку сложно», — объясняет, смеясь, адвокат Крылова Матвей Цзен.

Задержанного Крылова увезли в Замоскворецкий следственный отдел. Был выходной, но следователь был на работе, Крылова допросили как свидетеля и отпустили. Обвинение предъявили только 25 мая.

Ущипнули льва

Кампания «Хватит кормить Кавказ» — очевидно, это главный политический успех Крылова, он с гордостью говорит о ней, что «она задела Кремль», а на вопрос о доказательствах обижается: «Какие доказательства? Путин публично говорил, Медведев говорил»

«Когда начинают кричать: «Хватит кормить Кавказ» — ждите, завтра неизбежно последует призыв: «Хватит кормить Сибирь, Дальний Восток, Урал, Поволжье, Подмосковье…» Именно по таким рецептам действовали те, кто привел к распаду Советский Союз». Владимир Путин, «Независимая газета», 23 января 2012 г.

«Я помню все эти разговоры о том, что хватит кормить Среднюю Азию, хватит кормить Украину, Белоруссию, Прибалтику. Ну и что произошло? Страна рассыпалась на части…» Дмитрий Медведев на встрече со студентами журфака МГУ 20 октября 2011 г.

 

Началось все, впрочем, не с Крылова. Алексей Михайлов из движения «Русский образ» в январе прошлого года предложил лидерам основных националистических объединений выработать общую позицию по Северному Кавказу и подписать совместную декларацию. «А я тогда стал поклонником такой формы, как экспертный доклад, — вспоминает Крылов. — Как раз у Бориса Немцова вышли доклады по Лужкову и по Путину, и мне этот формат очень понравился. Декларацию можно за час написать, это несколько строчек, а над докладом работать надо, это более убедительно». Текст под названием «Кавказ-2011» был опубликован весной. Слогана «Хватит кормить Кавказ» в докладе не было, но, как вспоминает Крылов, «в экспертных выводах это просвечивало: было написано, что бюджетная политика по отношению к Кавказу — нетерпимая. Вывод не очень глубокий, но их он задел».

«Они» — это не кавказцы, а Кремль. Крылов настаивает, что «Хватит кормить Кавказ» — не антикавказский, а антикремлевский лозунг. «Это ведь не от кавказцев зависит — развивается ли там промышленность, собираются ли там налоги. Это зависит от Кремля. И мы задели большие интересы, а это как ущипнуть льва за болезненное место. Щипок хоть и слабый, но болезненный и оскорбительный. И лев рыкнул».

Нанорепрессии

Судья Замоскворецкого суда Андрей Федин, рассматривающий дело Крылова, одновременно вел и дело Расула Мирзаева; по сведениям адвоката Матвея Цзена, несколько других судей того же суда отказались рассматривать это дело, и Крылов комментирует это так, что «тех, кто судит честно, нет, но есть те, которые не берутся, а Федин не из них, он даже не делает вид, что слушает, он уже заряжен, решение уже принято». Крылова судят впервые, и статья 282 предусматривает в таких случаях условный срок, но, говоря об этом, Крылов добавляет, что «зуб давать бы не стал». По его мнению, главная цель этого процесса: «чтобы человечек не отсвечивал», то есть чтобы Крылов не мог заниматься публичной политикой. В условиях, когда партия Крылова готовится к регистрации в Минюсте, такая версия представляется наиболее правдоподобной.

Ее придерживается и руководитель правозащитной ассоциации «Агора» Павел Чиков. «Для Крылова последствия осуждения по экстремистской статье — запрет на государственную службу, на преподавательскую деятельность, запрет возглавлять общественные объединения, — говорит Чиков. — Обвинительный приговор — это гарантированное основание для отказа в регистрации партии, более того, по закону об общественных объединениях, если член правления организации осужден как экстремист, правление должно на специальном заседании его осудить, и если этого не случится, вся организация ликвидируется как экстремистская». Чиков напоминает, что именно по такой схеме было ликвидировано нижегородское Общество российско-чеченской дружбы, отказавшееся осудить своего руководителя Станислава Дмитриевского. Помимо создаваемой партии Крылов уже семь лет возглавляет общественную организацию «Российское общественное движение», специализирующуюся на оказании правовой и материальной помощи жертвам судебной системы, преимущественно националистам или пострадавшим в конфликте типа «русский — кавказец», где обвиняемый — кавказец.

Крылов уверен, что его партию не зарегистрируют: «Сейчас проблемы у «Демвыбора», Минюст им говорит, что они пирожок не той стороной ели, у бабуринцев ("Российский общенародный союз" Сергея Бабурина) проблемы, а они по сравнению с нами абсолютно ручные, можно сказать, кошечки. Моя судимость — это самый удобный способ отказать партии в регистрации». Павел Чиков добавляет: «Мы имеем дело с очевидным намерением властей прижать националистические движения, и если Крылова осудят, то у дела неплохие перспективы в Европейском суде по правам человека, в практике которого есть уже много дел в том числе по националистам, когда ЕСПЧ приходит к выводу, что если высказывания не были восприняты как призыв к насилию, то свобода слова не может быть нарушена».

Что его осудят, Крылов уверен: «Мы для них не люди. Как для бандита коммерс не человек, так и для мента. Товарищи совсем обнаглели. Путин избран, вроде им бояться нечего, но они зачем-то устраивают локальный тридцать седьмой год, такие нанорепрессии». Писатель Дмитрий Быков, десять лет назад работавший начальником Крылова в газете «Консерватор» (Крылов был там редактором отдела политики, Быков — заместителем главного редактора), говорит, что, если Крылова осудят, «это будет значить, что они там, в Кремле, просто сходят с ума». «Для системы страшнее всего, когда она не понимает, кто ее враг, а кто союзник, — считает Быков. — Крылов часто бывает более лоялен Российскому государству, чем само правительство. Приговор Крылову будет сигналом, что Кремлю ненавистен интеллект в любой форме, русофильский или русофобский — это не имеет значения».


Альберт Гайнутдинов, антифашист (находится в федеральном розыске по обвинению в создании экстремистского сообщества):

«Во всех цивилизованных странах есть уголовная ответственность за разжигание межнациональной розни и ненависти. Как сказал министр внутренних дел Германии, противодействие ультраправым — неотъемлемая черта любого демократического общества. В той же Германии есть Центр по противодействию правому экстремизму, и эти ребята знают свое дело. Другой вопрос, как дело обстоит в России: если даже отменить 282-ю статью, будут сажать по другим, то есть фабриковать уголовные дела, как это было и в моем случае (при обыске у меня дома мне подкинули членские билеты несуществующей организации). Если оставить 282-ю статью только для неонацистов, из этого тоже ничего хорошего не выйдет. Ведь мы не Германия. В неонацизме будут обвинять всех неугодных, всех оппозиционеров. Дело не в статье, дело в политическом строе. Не смогут закрыть по 282-й, закроют по другим статьям. Что касается лозунга «Хватит кормить Кавказ». В какой-то степени можно с ним и согласиться, но с оговоркой — хватит кормить путинскую мафию на Кавказе. Народы Кавказа живут в такой же нищете, как и остальное население России, чего нельзя сказать про чиновничью элиту кадыровцев. С этим, конечно, нужно бороться. Однако некоторые представляют проблему так, будто все кавказцы живут за счет остального населения России, тем самым подменяя борьбу с преступной властью межнациональной рознью».

Гейдар Джемальпредседатель Исламского комитета России:

«Не то чтобы статья 282-я УК была плохо сформулирована или нуждалась в доработке — она просто не имеет права на существование. Это позор, это дубинка в руках администрации. Могут возразить: а как же бороться с вербальной и ментальной агрессией одного сообщества в адрес другого? Но это совершенно другой вопрос. Если группа людей оскорбляет мусульман или евреев, то реакция оскорбленных должна быть прямой самозащитой — отстаиванием своей чести, достоинства и права на самоидентификацию. Существует же Лига борьбы с диффамацией — неправительственная международная организация, которая борется с антисемитизмом с 1913 года. Кстати, она иногда применяет к антисемитам физические меры воздействия.

Ограничения на свободу слова есть и на Западе. Существуют законы о риторике ненависти, hate speech — но это тоже позорные законы, которые никак нельзя оправдать тем, что они применяются в Европе (в Европе давно уже идет демонтаж демократии). Либо свобода слова — это ценность, имеющая абсолютное значение, либо мы переходим к прецедентному праву, говоря: раз за такое сажают во Франции, то нужно сажать и у нас. Но использование прецедентного права в международной практике — крайне экстравагантный подход. Я считаю, что такие вещи размывают старую традицию, которую заложил Вольтер: я ненавижу то, что вы говорите, но готов умереть за ваше право так говорить. Поэтому я, конечно, за отмену 282-й и 280-й («Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности») статей. Последнюю, кстати, пытались применить и ко мне».


The New Times

Tags: НДП аналитика Россия политика Константин Крылов 282

Редакция

Сообщение в редакцию

sibgrad2009@gmail.com
E-mail:
Соцсети: